Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:19 

МоРоШШко
Почему-то захотелось поделиться историей того, с чего началось мое увлечение именно фикрайтеством:jump3:

Мои первые фанфики были написаны все в один день, но выставлены в разные даты.

Самый первый был по заявке на фикбуке, где суть заключалась в том, что Киба стал преступником и отступником, а в один прекрасный день ему в плен попалась Хината. Автор заявки просил PWP, что и сделало меня по началу высокорейтинговым фикрайтером.

А вот, кстати, и этот фанфик:

Ангел

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Хината/Киба
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Даркфик, PWP, AU
Предупреждения: OOC, Насилие, Изнасилование
Размер: Драббл, 3 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Описание:
Она теперь шлюха. Он клятвопреступник. Блуд - грех. Предательство - грех. Плевать на адское пламя - они уже в нем сгорели.
AU в рамках канона: Киба стал изгнанником и преступником.

Посвящение:
Читателям и автору заявки.

Примечания автора:
Это мой первый фанфик, но щадить меня не надо - критика приветствуется, как и любые отзывы. (Да простит меня автор заявки за сию ахинею, Аминь)


Бежать.

Она должна бежать.

Забыть про боль в ногах, разрывающую каждую мышцу. Забыть про сбившееся напрочь дыхание, про собственную медлительность, про неуверенность в себе, про распластанные где-то далеко позади бездыханные тела друзей. Она должна бежать не думая ни о чем, сливаясь с древней стихией.

Выжить.

Хината должна выжить любой ценой. Нельзя, чтобы ее догнали.

Хьюго бежала, забыв про имя, фамилию, пол, положение, личность, судьбу. Ночное небо было затянуто громоздкими обсидиановыми тучами, отчего казалось чуточку ближе.

Холодная серебристая капля разорвала воздух, разбившись о висок девушки. И в следующую секунду небо и землю разорвала завеса длинных игл, обрушиваясь на хрупкие плечи, впитываясь в ткань мешковатой одежды и шелк иссиня-черных волос.

Хината уже не могла бежать, не могла шевелиться, падая на размокшую почву. Над беспомощным девичьим телом нависла тень.

Хьюго напрягла все мышцы до неописуемой рвущей боли в жалкой попытке встать, но чернильная тьма разлилась на глаза, обволакивая сознание.

Холодную тишину прерывало лишь согревающее потрескивание костра. Девушка уже четверть часа как очнулась, но продолжала лежать с закрытыми глазами. Она боялась. Боялась открыть глаза. Что-то мягкое лежало под ней. Похожее на шерсть.

- Долго еще лежать собралась? - такой знакомый и родной бархатистый голос.

- Киба? - Хьюго подскочила на радостях, но тут же пожалела о сделанном, надрывно взвыв от боли. Все тело горело, каждая мышца буквально молила о пощаде и покое.

- Лежи смирно, - голос звучал спокойно и мягко, но с ноткой какой-то несвойственной ее другу горечи.

Хината молча принялась разглядывать парня.

Когда-то нежный и заботливый взгляд похолодел и зачерствел. Девушка знала, что его подставили и зря изгнали из деревни. Он действительно ни на кого не покушался. Но разве ее кто-нибудь слушал?

- Киба-кун, - голос предательски дрогнул. Она столько хотела сказать, столько спросить, но боялась. Боялась, что ее друга уже нет. Что перед ней сидит порождение ночи, настоящий изгнанник, ненавидящий всех и вся, - возвращайся домой, - она сама от себя не ожидала этих слов. Видимо, год проведенный в мыслях о старом товарище, сам говорил за нее.

- Нет, я больше не тот Киба, которого ты знала. Поверь, - Инузука резко встал и направился к девушке. Та затравленно и непонимающе подняла на него свои огромные, точно слепые, глаза. Они были присущи всем из ее клана, но для Кибы они были единственными.

Только в них он видел выражение ангела. Эта маленькая хрупкая девчушка была для него неприкосновенной святая святых. Но ведь он клятвопреступник. Убийца собственной чести. Сам дьявол в мирском обличии.

Парень присел на корточки перед Хинатой, по-привычке вздрогнув от соприкосновения с бархатистой кожей.

Он предал себя и святость давно.

Инузука резко опрокинул Хьюго наземь, впиваясь губами в точеную, точно фарфоровую, шею. Маленькие ладошки уперлись ему в грудь, пытаясь сопротивляться.

Парень, не обращая на это внимания, продолжал терзать тонкую кожу на шее девушки, разрывать одежду на ней и себе, покрывать рваными поцелуями аккуратную грудь, требовательно целовать горячие губы подруги, оттягивая и кусая до крови пухлую нижнюю губу. Шершавый язык с силой врывался сквозь сжатые зубы, ощущая стальной привкус, скользя по ребристости неба.

Несмотря на жалобные писки, пихания руками и ногами, он терзал тончайшую кожу, оставлял сильными руками синяки и кровоподтеки, разрывал грубыми неумелыми губами нетронутое никем ранее тело.

Поставив мечту и сокровище детства раком и заломав худенькие ручки, заводя их ей за спину, сжимая тонкие запястья, парень вошел в неожиданную сухость влагалища, резко проникая на всю длину, чувствуя, как тугая живая ткань сжимается, пытаясь его вытолкнуть.

Бедра парня двигались в такт ритмичным движениям, хлопкам мошонки о внутреннюю сторону бедра девушки, в такт тихим всхлипам. Он вбивался в нее со всей силой, мечтая, чтобы Хьюго сама насаживалась на разгоряченную плоть, подмахивала бедрами и тихо постанывала. Но громкий всхлип раз за разом возвращал его в реальность.

По телу стала разливаться волна удовольствия, заставляя затрястись и напрячься каждую мышцу. Он был готов поклясться, что слышал скрип зубов - Хината лишь впивалась тонкими пальчиками в сырую землю, скребла ее обгрызанными ногтями, кусала итак рваные губы. А он продолжал - просто не мог остановиться - драл нещадно, стонал не сдерживаясь.

Он ведь клятвопреступник, забыли?

Инузука, потянув за волосы, заставил Хьюга стать на колени, отчего та поморщилась - мелкие камни и местами затвердевшие сгустки грязи впились в кожу.

На Кибу смотрела пара бездонных глаз, да, именно тех, которые еще могли его спасти, будь судьба хоть чуточку честней. Потоки горячих слез омывали белоснежную кожу щек, тех самых, на которых покоились извечные пятна румянца.

Парень обмяк и упал рядом с подругой на колени, нежно и трепетно целуя податливые губы, извиняясь, говоря глупости, именно те, значения которых забыл уже давно.

Хината боялась поверить в случившееся - слишком неправильно, грязно, не так, как должно было быть. Она ведь когда-то любила. Любила эти растрепанные волосы, чуть вздернутый нос, бойкий неунывающий нрав и теплые грубые руки.

Хината всегда теперь выходит на эту опушку. Медленно раздевается. Уже почти не вздрагивает от ощущения горячих требовательных губ на тонкой шее.

Она спит лишь с ним, дарит себя лишь мучителю. Кто знает, любит ли она его или нет. Это тайна двух проклятых жизнью душ.

Она теперь шлюха.

Он клятвопреступник.

Блуд - грех. Предательство - грех

Плевать на адское пламя - они уже в нем сгорели.


Следующей заявкой, встретившейся мне в тот же день, оказалась «Драбблы и мини с нестандартными пейрингами.» достопочтенной Furimmer, по которой время от времени продолжаю писать.
Я некоторое время не решалась публиковать эти работы, и именно поэтому сначала выложила просто работу, написанную под вдохновением от стиха одного прекрасного автора, к которому до сих пор очень трепетно отношусь - SashaLexis «Нас просто жарят». Вообще, очень трудно описать всю ту бурю буквально захлестнувших меня эмоций, когда я прочла это произведение. Однако именно тогда я написала эту свою работку. Так что, если быть честным, на самом деле именно она мой первый фанфик, хоть и выставила я его через год после написания, а может, даже позже. Поэтому все-таки мой первый фанфик - это

Пепел

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Хината/Мадара
Рейтинг: NC-21
Жанры: Гет, Ангст, Психология, Даркфик, PWP
Предупреждения: Смерть персонажа, Насилие, Изнасилование, Кинк
Размер: Драббл, 2 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Описание:
Учиха легкими движениями отбил три куная, летевшие ему прямо в лицо. Он видел в бездонных глазах обреченность. Она знала, что зря сейчас здесь стоит, зря пытается унять дрожь в коленях, зря пытается одолеть саму себя, ведь враг не даст ей победить первозданный праведный ужас, царствующий в маленьком сердечке.

Посвящение:
SashaLexis - поистине королеве Гета - и РоМаШк - просто милому читателю, спасибо тебе за твою поддержку:)

Примечания автора:
Написано под впечатлением стиха SashaLexis "Нас просто жарят")


Бархатный лоскут заката постепенно таял, впитываясь в холодный холст обсидиановой ночи. Небо окуталось странной дымкой, отчего казалось капельку ближе и на пару тонн тяжелее.
Горизонт не выдержал, и обугленный небосвод стал осыпаться на землю холодными хлопьями пепла.

Это первый снег в этом году. Интересно, а он когда-нибудь радовался этому событию раньше? Черные брови медленно сошлись на переносице. Нет, он не помнил.

Холодные клочки небес продолжали плавно оседать на измученную войнами землю. Она, точно его душа, была покрыта шрамами, глубокими рытвинами, выжжена и холодна. Снег оседал на пушистых смоляных ресницах.

Мадара, как, наверное, и сама земля, поднял уставшие бесстрастные глаза к небу и, щурясь, пытался разглядеть звезды сквозь громоздкие темные тучи.

Тягучий, почти осязаемый воздух разрезала сталь. Коротко вспыхнув в отсвете выглянувшей луны, он погас, перехватываемый расслабленной мужской рукой. Учиха почти смеялся от такой глупости. Напасть на него кунаем мог только идиот, либо самоубийца, либо отчаянный юморист.

Убивать сейчас не хотелось, хотя для него ничего не стоило вырвать из надрывно хрустящей груди жалкое, сочащееся горячей кровью, слабо пульсирующее сердце.

Мадара медленно перевел тяжелый взгляд на источник шума и встретился с полными ужаса глазами. Странные светлые, они обволакивали волной давно забытого чувства.
Царапины и раны на идеальном фарфоровом личике смотрелись неестественно, точно ангел неудачно попытался замаскироваться под царящий в этом мире хаос. Полупрозрачная светлая кожа почти светилась в тусклых лучах ночного светила.
И лишь блеснувшая в миниатюрной ладошке сталь гармонировала с полным отчаяния взглядом. Быстрое движение, и дюжина сюрикенов вновь рассекла морозный воздух, вонзаясь в измученную истощенную землю, оставляя глубокие порезы в безжизненной глиняной почве.

Учиха легкими движениями отбил три куная, летевшие ему прямо в лицо. Он видел в бездонных глазах обреченность. Она знала, что зря сейчас здесь стоит, зря пытается унять дрожь в коленях, зря пытается одолеть саму себя, ведь враг не даст ей победить первозданный праведный ужас, царствующий в маленьком сердечке. Несколько быстрых движений гибкого тела, и девушка уже возле него заносит руку в ударе.
Мадара без каких-либо усилий перехватывает тонкое запястье, невольно вдыхая пьянящий аромат девичьего тела. Одинокая серебристая капелька пота пробежала вдоль почти детского личика, заставляя уставшее мужское сердце замереть. Свободная ручонка долбила Учиху в грудь, тщетно пытаясь протаранить броню.

Мадара вымученно улыбнулся, заводя обе руки девушки у нее над головой, утыкаясь носом в ямочку между ключиц, затягиваясь живительной дозой запаха юного тела.
Мужчина провел шершавым и влажным от слюны языком вдоль шеи, направляясь к мочке уха.
Он чувствовал оцепеняющий страх и шок, испытываемые девчушкой. Давно забытое ноющее чувство в паху заставило его застонать сквозь сжатые зубы, вызывая порыв отчаянных, но тщетных брыканий изворотливого тельца.

Учиха повалил девушку на сырую разорванную битвами землю, наваливаясь на нее, миниатюрную, хрупкую, матерым телом, целуя властно, грубо проталкивая горячий шершавый язык между сжимаемых всеми девичьими силами зубами.

Он разорвал и так потрепанную мешковатую военную форму, тут же кусая в кровь мягкую горошину соска, наслаждаясь шипением и скрипом зубов девчонки.

Мадара упивался ее ненавистью, животным страхом и запахом никем не тронутого тела. Он приставил головку набухшего до предела члена ко входу влагалища, продолжая кусать тонкую кожу, оставляя синюшные следы и кровоподтеки. Учихе доставляли удовольствие эти жалкие отчаянные попытки спихнуть его.

О да, ему нравилось видеть эти царапины на обнаженном торсе, нравились эти непрекращающиеся ерзанья, ноготки, с ненавистью проникающие под его толстую кожу и так отчаянно пытающиеся ее порвать, стянуть лоскутами, оголяя лоснящиеся рельефные бугры мышц.
Он сходил с ума от трения головки о половые губки девушки, от ее хрипа и кулаков, барабанящих в каменную грудь. Учиха резко вошел на всю длину в сухое девственное лоно, разрывая его изнутри, пропихиваясь в плотно сжатые стенки влагалища.

Девчонка даже не пискнула - лишь впилась зубами в белеющие губы, с которых тут же побежали алые дорожки горячей крови. Мадара вминал гордую куноичи в твердую шершавую, точно его ладони, замерзшую землю, входил в никак не желающую поддаваться плоть, почти скрипя, вдалбливался внутрь.

Девчушка лишь впивалась пальцами рук в плотно спрессованную почву, лишь нещадно раздирала пухлые губы с уже запекшейся кровью.

Учиха понял, что ему не победить.

Он мог ее убить, пытать сколько угодно, но она лишь молча будет терзать нежную кожу губ.
Он ненавидел ее.

Учиха взял воткнутый в землю кунай и стал медленно погружать его в мягкую девичью грудь, наслаждаясь надрывным хрустом кости и скрипом пронзаемой плоти. Вздрогнув, хрупкое тельце обмякло, переставая колупать иссохшую мертвую землю и рвать мягкую плоть почти детских губ, позволяя двигаться легче.

Она уже не сопротивлялась, глаза поблекли, кожа приобрела сероватый оттенок, а из уголков губ потекла горячая струйка крови, девчонка больше не сопротивлялась - лишь мягко обволакивала пульсирующую плоть. Мадара вновь задвигался внутри нее, вздрогнул всем телом, наполняя тугой вязкой спермой податливое лоно.

Учиха впервые проиграл бой за всю эту войну. Если и был в его жизни враг сильнее Хаширамы, то это была она - маленькая гордая куноичи.

Обугленные небеса продолжали осыпаться на израненную землю лоскутами холодного пепла. А единственный источник света - луна - вновь скрылся за громоздкой тьмой облаков, ускользая с идеального девичьего лица.

Ну, а потом уже я и выложила ту кучу мрачных ПВПшек с нестандартными пейрингами:



Бездна

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Хината/Нейджи, тени
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Психология, Даркфик, Эксперимент
Предупреждения: Смерть персонажа, Изнасилование, Инцест
Размер: Драббл, 3 страницы
Статус: закончен
Описание:
Хината не обернулась. Она знала, что увидит. И это не слезы. Это слияние с бездной.
Посвящение:
Автору заявки.
Примечания автора:
Писалось на эмоциях, так что посмотрим, что из этого выйдет:) И еще кое-что, я печатала с телефона, так что заранее прошу прощения за ошибки!
Работа написана по заявке:
Драбблы и мини с нестандартными пейрингами.


Капля, еще и еще.


Тяжелая завеса дождя опустилась на ночной город. Полуночную тьму разрезали миллиарды острых игл.

Они разбивались об асфальт, разлетаясь жидкими осколками, каплями. Тонкими змеевидными струями они спускались по мраморной коже парковых изваяний.

Брат и сестра.

Родство молодых людей выдавали глаза. Неестественно светлые, точно слепые, они были устремлены на горизонт. Быть может, именно глаза занесли их сюда на крышу.

Миллиарды огней ночной земли едва удерживали полог иссиня-черного небосвода. Такого же цвета были и волосы девушки. Они ниспадали каскадом по хрупким, казалось, фарфоровым плечам.

Мы с вами видим эту картину и недоумеваем. Мы не можем спросить их о чем-то.

Мы - бестелесные призраки, потоки эфира.

Мы не можем вмешаться, лишь наблюдать.

Блуждая взглядом по тонким идеальным чертам пары, мы с вами замечаем странную разницу в их состоянии.

Лицо парня мягко расслаблено. Одна рука свободно опущена, другая же аккуратно и покровительски держит запястье девушки. Та в свою очередь сжимает крохотные ручки в кулаки. Костяшки пальцев побелели как и вытянуты в одну тонкую линию губы.

Мы с вами их тени.

Мы не слышим их мысли, но можем их чувствовать. Мы слились с их сознанием.

Первое что мы чувствуем это дрожь...



Дрожь.

По щекам Хинаты капли выписывали витиеватый абстрактный орнамент. Хрустальная завеса опустилась на обнаженные плечи, заставляя все тело покрываться мурашками. Тяжелые иссиня-черные тучи скрывали серебристые бусинки звезд.

Капля еще и еще.

Девушка уже не знала, слезы это на ее лице или просто капли дождя.

Всего три минуты до рассвета.


Весь их городок Коноха был как на блюдце. Его можно было поместить в ладонях.

Маленький мир ночных огней удерживал небосвод. Обугленная тьма опускалась серебряными нитями, погружаясь в эту миниатюрную вселенную. Разрывая вязкий воздух.

Дрожь.

По щекам Хьюги спускались струи тьмы. И не важно слезы это или дождь. В голове вились бессвязные осколки прожитой жизни.


По спине пробежала волна мурашек. Именно на том месте где лежала дорожка сухих поцелуев брата.

Нет.

Она никогда его не любила. Ни как брата, ни как парня. Шею саднили багровые следы братских ласк.

Что она сейчас делает?


Она решилась отправиться за ним.

В пропасть.

За бортами дома была бездна. Ветер и дождь ледяными иглами разрывали нежную кожу Хинаты. Временами казалось что они с Нейджи на большом корабле. Паруса вывешенных простыней трепыхались под порывами воздушных масс и ледяных брызг ливня.

Две минуты до рассвета.

Еще немного и они нырнут в пропасть.

В голове всплыла жизнерадостная улыбка Наруто. Девушка любила его столько сколько себя помнила. Бескрайнее теплое чувство было таким приторным и светлым, что мир казался одной большой радугой. Эта улыбка была призмой.

Нейджи ее разбил. Сухими требовательными поцелуями он разрывал девичьи грезы, которые разбивались слезинками о холодный кафель.

Небольшая душевая казалась комнатой палача. Хината тогда уже не понимала от слез слиплись ресницы или от воды из душа.


Красивые тонкие черты лица юноши не менялись. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда он неумело и сковано пытался мять нежную грудь Хинаты.

Когда рвал тонкую пленочку чести, вбиваясь в почти сухое лоно, разрывая судорожно сжимающиеся стенки влагалища.

Когда драл ее, маленькую, хрупкую, нещадно, насаживая на набухший разгоряченный член.

Когда кусал в кровь посиневшие от холода кафеля губы, вдавливая худенькое тельце сестры в ледяной плиточный пол, продолжая входить на всю длину, резкими неритмичными толчками.


Каскад шоколадных волос разливался, щекоча, по девичьей груди.

Слепые глаза не отражали ничего. Сейчас Хьюга даже не оборачивалась. Она знала что увидит.

Его рука так мягко и так бережно сжимала ее запястье. Она не чувствовала страха или боли. Только дрожь и руку на запястье.

Минута.

Хината расслабилась и взяла руку брата. Ей не нужно было оборачиваться. Она знала, он улыбнулся.

Рассвет.

Небо и землю разрезала алая полоса.

Шаг за борт.

Полет.

Бездна.

Она не боится.

Она по-прежнему держит его руку. Осталась секунда полета.

В сознании всплыла улыбка Наруто. Ее разорвали сухие холодные пальцы Нейджи. Это не слезы.

Это небесная тьма опустилась на щеки.

Это не асфальт, это бездна.

Нас с вами больше нет. Мы растаяли с первыми лучами солнца...


Душно

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Мадара/Кушина
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Даркфик, PWP
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Изнасилование
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:
Она больше не вздрагивает, когда звучит щелчок замка.
Больше не вжимается затравленно в самый дальний и темный угол маленькой комнатки, когда надрывно скрипит тяжелая металлическая дверь, пропуская свет в вечно темное помещение. Она уже не боится.
Посвящение:
Автору заявки.
Публикация на других ресурсах:
Не думаю, что пригодится.
Примечания автора:
Ну, как всегда, моя мрачность. Писалось на эмоциях, так что посмотрим, что из этого выйдет:)
Работа написана по заявке:
Драбблы и мини с нестандартными пейрингами.

Душно.

Холодные стены давят обшарпанной штукатуркой на виски, сжимаясь вокруг хрупкого тела.

Холодными иглами пробежали по спине мурашки, заставляя сжаться в комочек на жесткой кровати, подбирая под себя холодную мятую простынь.

Это чувство было бы так похоже на страх, если бы не жуткое опустошение где-то внутри.

Кушина уже не могла бояться.

Она привыкла к горячему дыханию на шее.

Она больше не вздрагивает, когда звучит щелчок замка.

Больше не вжимается затравленно в самый дальний и темный угол маленькой комнатки, когда надрывно скрипит тяжелая металлическая дверь, пропуская свет в вечно темное помещение.

Узумаки теперь не упирается крохотными ладошками в крепкую мужскую грудь Учихи, не таранит ее отчаянно кулачками.

Не изворачивается, пытаясь выползти из-под тяжелого тела Мадары, когда он наваливается на нее, вдавливая в твердый жесткий матрас, насквозь пропахший потом.

Не скрипит зубами, когда горячая плоть проталкивается в теплое лоно.

Не хватает ртом несуществующий в эти минуты воздух, когда болезненные движения внутри ускоряются, разрывая почти сухие стенки влагалища.

Больше не кусает и без того разорванные жадными, грубыми поцелуями губы, когда ненавистные руки легко приподнимают ее, насаживая на набухший до предела член.

Кушина не впивается отныне в тонкую кожу ладоней, заставляя костяшки пальцев побелеть, когда грубые шершавые пальцы оставляют синюшные следы и кровоподтеки на молочной коже, пытаясь ласкать идеальное тело.

Она не морщится от отвращения, когда твердая плоть вздрагивает, извергаясь внутрь вязким семенем.

Не стискивает зубы, когда Мадара приставляет вновь начинающий твердеть член к пухлым искусанным губам, наматывая на кулак копну длинных алых волос.

Не пытается кричать, когда вновь не хватает воздуха из-за вбивающейся в горло плоти.

Больше не пытается выплюнуть тугую сперму на влажные от пота простыни, когда вырывается тихий стон из ненавистных мужских губ.

Узумаки не кутается в липкую измятую простынь, когда обсидиановые глаза отрешенно скользят по изящным изгибам молодого тела.

Не испепеляет ненавидящим взглядом спокойно удаляющуюся спину, когда облегченно скрипит кровать, распрямляясь при уходе хозяина.

Кушина больше не будет тихонько всхлипывать, царапая ноготками кожу покрытых синяками коленей, когда вновь раздастся щелчок в замочной скважине и глухой звук удаляющихся шагов.

Она больше не будет бояться, ведь сейчас рухнет на каменный пол табуретка, и хрупкое тело на веки повиснет на тонкой сорочке, обвязанной вокруг тонкой шеи.

Узумаки больше не увидит света, погружаясь в вечную тьму.




И снова ночь

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Саске/Конан
Рейтинг: NC-21
Жанры: Гет, Ангст, Психология, Даркфик, PWP
Предупреждения: OOC, Underage
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:
И вновь эти грубые пальцы расстегивают мелкие пуговички, дрожа, путаясь в маленьких торчащих ниточках. Конан уже давно ненавидит ночь.
Посвящение:
Автору заявки.
Публикация на других ресурсах:
Не думаю, что пригодится.

Конан уже давно ненавидит ночь. Эта пора каждый раз становится адом.

Точно дежавю, мучительно однообразно, закат медленно растворяется в черном бархате преисподней.

И снова наступит ночь.

И снова эти требовательные, мучительные, отрывистые поцелуи.

Вновь эти грубые, но вместе с тем мальчишеские пальцы будут суетливо расстегивать мелкие пуговицы, дрожа и путаясь в одиноких вылезающих ниточках.

Раз за разом Конан спросит себя, что ей здесь нужно, готовясь развернуться и навсегда покинуть надоевшие давно обветшавшие стены.

Но вновь и вновь она будет возвращаться к НЕМУ.

Глупый самоуверенный мальчишка ей почти противен.

Но каждую ночь она приходит в эту проклятую всеми несуществующими богами комнату, окутанная лунным светом и дорожной пылью, обнимает ненавистное рано сформировавшееся тело молодого предателя.
Конан помогает Учихе расправиться со своей легкой сорочкой, впивается мучительно долгим поцелуем, беря инициативу над неумелыми юношескими губами, пытаясь хоть немного смягчить их грубость.

Он опять нетерпеливо валит ее на смятые серые простыни.

Жадно целует каждый сантиметр тонкой кожи, наваливаясь на нее, маленькую и худенькую, тяжелым, липким от пота туловищем.

Пытается неловкими грубыми руками ласкать женское тело, оставляя синюшные следы на молочной коже.

Торопливо приставляет набухший до предела член к ее маленьким пухленьким губкам, резко входя в теплый маленький ротик.

Конан морщится от отвращения, но почему-то не отстраняется, зачем-то терпит неравномерные толчки вбивающейся в горло солоноватой плоти, ожидая, когда вырвется протяжный надрывный стон из почти детских бледных губ Учихи.

Сейчас Конан откашляется, орошая влажное от пота измятое постельное каплями тугой вязкой спермы, и подползет на четвереньках к развалившемуся рядом Саске.

Она накроет растянувшиеся в улыбке губы своими, проникая влажным от слюны и остатков семени языком между его зубов.

Она захочет бежать, когда вновь окажется плотно вжата в остывшую кровать. Но лишь похотливо улыбнется, сжимая в миниатюрной ладошке тонкую ткань разорванных трусиков.

Она будет мысленно скрипеть зубами, когда почувствует рывком входящую в нее плоть. Но вслух лишь громко, не стесняясь застонет.

Конан будет сама с неистовой силой насаживаться на разбухший пульсирующий член, мысленно затравленно вжимаясь в самый темный угол ветхого здания, такого далекого сейчас сознания.

Она будет из последних сил терпеть сбивчивые, неуверенные толчки внутри, вслух моля не останавливаться.

- Любишь меня? - спросит в очередной раз мальчишка. Опустошенным взглядом прочерчивая контур ее ключиц.

- Ненавижу, - в который раз прошепчет она, нежно целуя вечно холодные губы, прижимаясь к липкому телу, рассыпаясь в вечно холодных руках на маленькие обрывки бумаги.




Тише

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Мадара/Ино
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Психология, Даркфик, PWP, Эксперимент
Предупреждения: BDSM, OOC, Изнасилование
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:
Тише, Ино, не плачь, ведь у тебя нет права на слезы.
Посвящение:
Автору заявки.
Публикация на других ресурсах:
Не думаю, что понадобится.
Примечания автора:
Ну я не я без изнасилования и Мадары. Опять пишу на эмоциях. Вновь не знаю, что из этого вышло:)

Тише, Ино, ты не имеешь права кричать.

Смотри, как легко тонкая сталь проникает под кожу, как первые капли багряной жидкости обжигают холодный металл.

Ты думала, что никогда не попадешь в плен? Война давно все решила за нас.

Молчи, Ино, никому до тебя нет дела. Лишь сталь, упиваясь твоей кровью, скользит, разрезая, по плоти.

Терпи, Ино, терпи эту боль, этот прожигающий взгляд чернильных глаз.

Сожми кулачки, когда мучительно медленно грубые пальцы начнут вытаскивать нож из-под твоей тонкой кожи, когда холодные пальцы начнут сжимать горло.

Стисни зубы, когда его лицо опустится к твоей шее, обдавая горячим дыханием и щекоча торчащими в разные стороны иссиня-черными волосами.

Впейся ногтями в мягкую кожу ладоней, когда почувствуешь зубы и влажную дорожку рваных поцелуев на шее.

Не дергайся, когда грубые тонкие руки начнут разрывать грязную одежду на тебе, когда шершавые пальцы коснутся гладкой кожи, царапая даже легкими прикосновениями.

Терпи, Ино, только терпи.

Терпи эти грубые ласки, оставляющие кровоподтеки на молочной коже, терпи горячее сбившееся дыхание мучителя, терпи ненавистный шершавый язык, протискивающийся между плотно сжатыми зубами.

Кусай пухлые губы, когда что-то твердое упрется ко входу в твое лоно.

Разрывай их нещадно, когда твердая пульсирующая плоть, надрывая тонкую грань, втиснется в сухость влагалища, когда обсидиан его все таких же надменных глаз встретится с бездонной бирюзой твоих.

Цепляйся отчаянно немеющими пальцами в занозистые доски старого пола, когда тяжелое тело начнет наваливаться, вдавливать тебя, такую тоненькую, хрупкую, в сырой неотесанный пол, засаживая разгоряченную плоть на всю длину.

Скреби прогнившую древесину, когда "недобог" поставит тебя на четвереньки, наматывая твои чуть сальные белокурые волосы на кулак, начнет вбиваться с новой силой, деря нещадно, разрывая стенки сухого лона.

Стисни зубы еще крепче, когда тягучая жидкость заструится по внутренней стороне бедер, когда раздастся надрывный стон из приоткрытых тонких губ мужчины.

Не всхлипывай тихо, когда вновь стремительно набухающая плоть начнет врываться в рот сквозь стиснутые зубы.

Не пытайся дышать, когда, точно раскаленная сталь, в горло будет вбиваться член, скользя по шершавому языку, вызывая рвотные позывы.

Не отползай затравленно к заплесневевшей стене, поджимая под себя худенькие ножки, когда раздастся звук закрывающейся двери и удаляющихся шагов.

Не хватай кровавыми рваными губами несуществующий воздух, когда поймешь, что произошло.

Тише, Яманака, не плачь, ведь у тебя нет права на слезы.

И еще несколько малюсеньких драбблов, написанных, опять же, под одну гребенку в тот же день, что и та кучка ПВПешек:


Кафель

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Темари/Изуна
Рейтинг: R
Жанры: Гет, Романтика, Ангст, AU, Эксперимент
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:
Он любил это сонное с утра лицо со слипшимися длинными ресничками, с растрепанными короткими волосами, с этой жизнерадостной улыбкой. Учиха любил, когда она рисовала на новых обоях. Ругал ее за это, для приличия, но позже присоединялся к этому абсурдному занятию. Да, он любил. Просто любил.
Посвящение:
Автору заявки.
Примечания автора:
И вновь я пишу по этой заявке, и вновь я пишу на эмоциях, и, да, печатаю с телефона, так что, простите меня, грешную, за ошибки. Посмотрим, что из этого выйдет:)
Работа написана по заявке:
Драбблы и мини с нестандартными пейрингами.

Через распахнувшуюся дверь влетел поток холодного воздуха.

Изуна знал, что вместе с этим сквозняком должна появиться Темари.

Парень любил задорный блеск таких родных глаз.

Любил кошачью грацию ее походки.

Любил, когда миниатюрные ручонки тянулись к его лицу, смыкались на шее, стаскивали с его волос резинку, распуская их.

Любил, когда шершавый язычок проходил вдоль ключиц.

Любил, когда снопки пшеничных волос щекотали подбородок, а тоненькие пальчики зарывались в иссиня-черный ворох распущенных волос.

Он любил это сонное с утра лицо со слипшимися длинными ресничками, с растрепанными короткими волосами, с этой жизнерадостной улыбкой.

Любил, когда по слегка смугловатой коже легко стекал вниз пурпурный шелк, когда тоненькие ноготки проходили по матерой спине, оставляя постепенно краснеющие полосы.

Любил ее изящно выгибающуюся спинку. Сходил с ума от тихих стонов вырывающихся из теплых губ. Она никогда не кричала громко, никогда не плакала.

Учиха любил, когда она рисовала на новых обоях. Ругал ее за это, для приличия, но позже присоединялся к этому абсурдному занятию.

Изуна любил эти колкие фразочки, заставляющие поморщится от обиды, разозлиться, ответить тем же.

Он любил эти плавные движения, когда она танцевала под любимые песни с совершенно идиотскими текстами.

Любил покупать ей ее любимое мороженное, наблюдая за по-детски счастливым взглядом. Впрочем, тот вновь становился хитровато-язвительным, вторя порции дежурных колкостей.

Учиха любил ее свободу. Никогда и никто не смог бы ее приручить, подчинить, привязать к себе.

Даже он. А что он? Он любил.

Да, любил сбивать ее дыхание по ночам.

Любил развязывать смешные хвостики, зарываться в пахнущие ей самой короткие волосенки.

Любил пощечины, когда пытался ее всеми силами удержать, а она уходила посреди ночи.

Любил ее даже тогда, когда худенькие истощенные болезнью ручонки сжимались в кулачки, чтобы не заплакать.

Любил ее, когда слабая улыбка казалась еще более горькой, чем его самого, пролегая на бескровных губах.

Любил ее, когда она впервые призналась в любви, закрывая глаза навсегда.

Он любит ее и сейчас, проникая лезвием под кожу на запястьях, разрезая, легко, жгуты вен, голубую пульсирующую жилку.

Учиха так любит, смотря как густая горячая жидкость глухо разбивается о холодный кафель, перетекая в ложбинки плиточных швов.

Изуна просто так любит, сползая без сил по стене на ледяной пол ванной.

И будет любить ее вечно, закрывая черные, точно обсидиан, глаза.



Ветром по волосам

Автор: МоРоШШко
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Какаши/Ино
Рейтинг: PG-13
Жанры: Гет, Романтика, Ангст
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:
Какаши всегда любил запах ее волос. Теперь он им стал.
Посвящение:
Автору заявки.
Примечания автора:
Пожалуй, это моя самая светлая работа. Опять пишу на эмоциях, вновь не знаю, что из этого выйдет:)

Запах ее волос. Какаши всегда его любил.

Тогда она была ребенком, запретным плодом. Лишь сейчас он заметил, как она повзрослела. Когда-то худенькое, почти костлявое тело налилось, оформилось.

Хатаке нравится касаться ее обнаженных плеч, опускаться ниже, проводя языком вдоль ключиц. Он всегда мечтал попробовать на вкус эти маленькие пухлые губки. Яманако часто сжимала их в тонкую линию, заставляя белеть. Но только не сейчас. В это мгновение она подавалась ему навстречу, разведя руки в стороны, точно крылья, готовясь взлететь.

Он запустил прохладные пальцы в золотистый шелк волос, перебирая солнечные нити, собранные в высокий хвост, проводя по всей их немалой длине.

Какаши молил богов, чтобы время остановилось, чтобы девчушка хоть немного считалась с его чувствами.

Ему хотелось кричать, но отныне он нем. Он не скажет ей о том, как с замиранием сердца ждал, когда объявят состав его команды.

Как с трудом сдерживал рвущееся наружу, пытающееся проломить клетку из ребер сердце, когда девочка пробегала мимо, зная его только как учителя последнего из Учих.

Как с омерзением смотрел на порочных женщин, такого же порочного мира. Ино была точно из другой реальности. Точно небесное создание, не сумевшее замаскироваться под мерзость этой жизни.

Он никогда не расскажет ей о том, как боялся спугнуть, затаивая дыхание, изящное видение, когда она, такая легкая, точно эфир, подходила на расстояние вытянутой руки.

Такая миниатюрная, хрупкая, она, казалось, могла поместиться в ладонях. Хатаке нерешительно коснулся полураскрытых мягких губ. Они опьяняли, сводили с ума своей податливостью, заставляя впиваться в них неистовой силой. Ино сощурила присущие только ей глаза с бирюзовой прозрачностью зрачков. Какаши оторвался лишь заметив тонкую трещинку на иссушенных им губах. Она наливалась багряной алой жидкостью, собираясь в небольшую каплю, стекая вдоль затвердевшей корки вниз. Хатаке хотел стереть багряную жидкость, но лишь колыхнул ее.

Свет, казалось, источало не садящееся солнце, не восходящий диск бледной луны, а эти бездонные глаза, устремленные на горизонт, сквозь самого Какаши.

Он хотел кричать, молить о том, чтобы она на него взглянула, увидела сквозь свет. Но ведь он отныне нем.

Ему хотелось рыдать, хотелось почувствовать ответные объятия.

Но он отныне мертв. Отныне он лишь ветер.

Он лишь развивает ее волосы цвета полуденного солнца. Он унес свою тайну в могилу. Тайну своей порочной души.

Он лишь слегка колыхал тонкие нити золотистого шелка волос, а она подавалась навстречу ветру и заходящему солнцу. Какаши любил запах ее волос.

Теперь он им стал. Он безмолвно молил богов, чтобы она жила, чтобы улыбалась, чтобы дышала. Дышала им.

@темы: фанфики и рассказы(гет), По Наруто

URL
   

Росчерки на чешуе

главная